Воспоминания Виктора Самохина (1959 - 1964; 2004)

Немного из того, что я помню о том времени, когда жил в Гроссенхайне.

Отец мой служил техником по электрооборудованию самолётов.

В Гроссенхайн мы приехали в феврале 1958 года. Квартиру нам дали в двухэтажном особняке, который стоял напротив штаба дивизии за пределами гарнизона на Эстельверде штрассе.  Проживало в нём восемь семей. Около дома были небольшие огородики живших в нём людей и хороший сад. От этого особняка до железнодорожного переезда располагались немецкие дачки, а у самого переезда стоял дом, в котором жили немцы. Вдоль дороги до самого переезда росли фруктовые деревья, а слева тянулся гарнизонный забор, за которым стояло несколько финских домов и офицерская столовая.

Я начал ходить в четвёртый класс начальной школы, которая находилась в военном городке около танкового училища. С ребятами, которые жили в гарнизоне, мы встречались у переезда и вместе шли в школу. На первом этаже школы находилась учительская, актовый зал и класс, на втором был кабинет директора и классы, а на третьем учились старшие, т.е. мы и третий класс. Мой старший брат, в то время, учился в девятом классе и их (8-10 классы) возили  в Дрезден в интернат, в котором они учились с понедельника, а в субботу, после уроков, их привозили на выходные. Ребята из 5-7 классов ездили на учёбу в Ризу. Номер нашей школы точно не помню, но, по-моему, №27. В 1958 году, в школе было четыре класса, наш старший, на следующий год стало пять, через год  - шесть и т. д. Этим же летом мы получили квартиру в военном городке, в небольшом особняке напротив «Крейсера».

К пятому классу в школе появилось много новых преподавателей. Директором была Наталья Яковлевна, она преподавала ботанику, нашим классным руководителем – Маргарита Николаевна (русский язык и литература), математику вела Валентина Васильевна, немецкий моя мама Александра Ивановна, музыку Валентина Викторовна, уроки труда проводила мама Тани Бондаревой.

Класс был очень дружный, много занимались игровыми видами спорта, ходили в танцевальный кружок, который вела мама Жени Мироновой, работал драмкружок под руководством Маргариты Николаевны.

С немецкими ребятами не ссорились, играли в футбол и ручной мяч, обменивались почтовыми марками. Несколько раз ездили на слёты  и соревнования в Альтеслагерь, Вюнсдорф, Майссен. Большим событием всегда был приезд каруселей. Весь город по вечерам собирался на площадке, недалеко от военного городка. Ну и конечно гарнизонный Дом Офицеров. Там проходили все праздничные мероприятия, торжественные заседания (на которых мы выступали с приветствиями), проводились танцы для взрослых, демонстрировались новые фильмы. Детский билет стоил 50 пфеннигов, а взрослый – 1 марку. Летом мы часто ходили купаться в городскую купальню, там стояла вышка с трамплином, с которой мы сигали. Билет стоил 15 пфеннигов. Когда не было полётов мы с ребятами ходили на озёра за аэродромом. Там купались, плавали на плоту, ловили рыбу. Иногда, через забор, пробирались на бумажную фабрику, купались в макулатуре, находили много почтовых марок 1930/40 годов. Немцы нас не гоняли. А зимой катались на санках с медной горы.

Я любил ходить по магазинам за продуктами, практиковался в немецком языке. На Радебургской площади справа от Ротес Хаус в сторону от центра, находился продуктовый магазин, в котором можно было купить молочные, колбасные и другие продукты (сейчас там булочная). Следующий магазин был кооперативный (Консум), со своей булочной, в котором продавался чудесный ржаной подовый хлеб по 2кг.  Вкус его я помню до сих пор. Родителям выдавали талоны на мучные изделия, крупы, макароны, по которым мы получали продукты на гарнизонных складах.

Летом 1959 года, после окончания десятого класса, брат уехал в Херсон и поступил в Мореходное училище, а мы остались в Гроссенхайне. Для детей, которые не уехали в Союз, в гарнизонной школе организовали лагерь, которым руководила моя мама. Работало много разных кружков, было организовано хорошее питание. Цена за посещение лагеря была очень маленькая.

Отец за 1958/59 годы  окончил вечернюю школу, она находилась на территории  гарнизона. Мама и там преподавала немецкий язык.

Седьмой класс я проучился в Херсоне, а потом опять приехал в Гроссенхайн учиться в восьмой класс. Школа уже была в гарнизоне, там, где раньше была вечерняя. В этой школе с нами учились ребята из Майссена, они приезжали на машине.

Родители в это время жили уже в семейном общежитии, это было длинное здание у проходной. В левом крыле первого этажа жили шесть семей. На всех была общая большая кухня, где регулярно отмечали праздники и дни рождения всех проживающих. Отец очень любил возиться с маленькими ребятишками, и когда все уходили на танцы в ДО, он их развлекал и рассказывал всякие небылицы. Один из этих ребят, Андрей Чувырин, ныне секретарь в КВН у А.Маслюкова (всегда подсчитывает очки играющих команд).

Часто сюда приходил Лапшов Николай Григорьевич (фото). Он был лётчиком, друг моего отца ещё по Херсону. После окончания Воздушной Академии он командовал в Гроссенхайне авиаполком. Отец вышел в отставку летом 1966 года, а через два или три года дядя Коля трагически погиб. По рассказам отца, Лапшов проводил учебный полёт с молодым лётчиком на «спарке», при посадке основная полоса была занята, и они стали садиться на запаску, но полосы не хватило и, видя, что полоса заканчивается, он приказал второму лётчику катапультироваться и катапультировался сам. Самолёт на неровностях поля подбросило, Николай Григорьевич полетел вдоль полосы и погиб, а второй лётчик приказ не выполнил и остался жив. Вот такая нелепая смерть.

После восьмого класса я поступил в Херсонское мореходное училище, а в августе 1964 года приехал в Гроссенхайн в отпуск. Из нашего класса я встретил только Таню Бондареву.

И напоследок хочу описать мой последний приезд в Гроссенхайн ровно через сорок лет в августе 2004 года.

Город меня сразу поразил. Началось всё с вокзала. При выходе из вагона, первых два человека, которых я встретил, были чернокожие ребята, что в 60-х и представить было невозможно. Поселился я на Купферберг штрассе в отеле «Штадт Дрезден»  и на рецепции, конечно же, была чернокожая администратор. Я договорился, что бы мне организовали двухразовое питание, мне выдали ключи от отеля ( оказалось, что во всём отеле я жил один, и после тринадцати часов в отеле больше ни кого не было). Мне сказали, что я могу уходить и приходить в любое время, только не забывать закрывать отель и посещать завтрак и ужин. Готовила мне специально нанятая пожилая женщина. Плата за проживание 40 евро + 20 евро питание.

Первым делом я посетил военный городок. Поразила чистота фасадов и переоборудование некоторых домиков напротив «Крейсера», да и сам он произвёл хорошее впечатление. Далее направился в гарнизон, и уже около переезда увидел разруху и запустение. Забора, конечно, никакого нет, дом, где жили наши преподаватели, выставлен на продажу, окна и двери отсутствуют. Семейное общежитие, где мы жили, в плачевном состоянии. Финские домики, столовая, военторги, проходная, штаб дивизии и многие другие постройки разрушены. Сохранилась только наша школа и памятник МиГ-17. Рядом с ним находится небольшой музей, но он был закрыт.

Добило меня отсутствие на привычном месте гарнизонного Дома Офицеров на Майссенской улице, который я очень хотел посетить.

Всё остальное мне очень понравилось – очищенные фасады домов по всему городу, цветы на каждом окне, поразил отреставрированный замок и его окрестности. Однако магазинов по сравнению с 60-ми годами, стало  меньше. Два последующих дня проводил съёмку по всему городу. В последний день я расплатился в отеле и направился на вокзал. Очень был удивлён, что билеты на поезд там не продают, а покупать их нужно в Бюро путешествий на Фраумаркт. Сделав пересадку Эстельварде, через час сорок я благополучно прибыл в Берлин. Но это уже другая история….